© Elizaveta Konovalova 2019

2014 – по настоящее время.

Фотодокументация найденных графических композиций, образовавшихся вследствие регулярного тушения сирагет о стены в публичных местах.

Струйная печать на афишной бумаге в масштабе 1 : 1, обойный клей. Фотографии размещаются в пространстве соблюдая исходную высоту фрагмента от земли.

Сажа – продолжающаяся серия, начавшаяся в 2014ом году.

Посредством фотографии я фиксирую найденные композиции, образовавшиеся в результате раз за разом повторяющегося жеста - тушения сигареты об стену. В разных уголках Москвы его следы стихийно маркируют публичное пространство. Сам жест естественен как тик, привычка, автоматизм. Тем не менее в контексте проекта – эти следы человеческого присутствия не предусмотрены. Они – сбой, отклонение, стыд, грязь. Они – воплощение беспроектного. Эта работа фокусируется на неугодных проявлениях контекста  - на отрицаемых, « невидимых » формах - с целью их показать и осмыслить как что-то органичное, естественное, и в то же время деликатно субверсивное.

 

За документацией следует репродукция : я печатаю фотографии на афишной бумаге в масштабе 1:1, и размещаю их внутри выставочного пространства соблюдая исходное расстояние следов от земли – на уровне руки. Таким образом я впускаю жест в пространство выставки.

На сегодняшний день в серии 9 фото-фиксаций. Самая большая « Сажа (Домодедово) ». Она воспроизводит в реальном масштабе парапет, тянущийся вдоль здания аэропорта, фактически ставший местом для курения, и следовательно поверхностью для тушения бычков. Длина композиции составляет более 40 метров. Она воспроизводится частями, в зависимости от размеров принимающей стены.

Отсутствие рамы, минимальная толщина бумаги, слияние поверхностей стен,  одноразовость фотографий – говорят о том что перед нами не предмет, а наблюдение, которое проявляется внутри другого пространства. Оно лишено качеств объекта, вещи. Оно от них свободно.

Контекст выставки для этой работы создает возможность окна, возможность направить фокус. Таким способом я утверждаю эту реальность. Признаю ее как неотъемлемую часть контекста. Утверждаю как проявление жизни, которое не лишено и эстетических качеств.

 

Не так давно сажу называли болезнью мегаполисов. Незаметно обвалакивая всё вокруг она окрашивала целые города в черный цвет. Сажа – стихийна. Объединив серию этим названием я представила эти одиночные пятна, разбросанные по городу, как части одного целого.

Сажа, как и копоть – отпечаток времени. Она одна из тех субстанций, засчет которых время становится видно. В ее сущности есть что-то фотографическое – поверхность восприимчива к ней. Эти найденные рисунки – эффект постоянного взаимодействия стихии и поверхности. Результат множества касаний. Стены как (фото-)чувствительные поверхности (sensitive surfaces), впитывают и хранят следы коллективного действия : нарушить монохром стены, бросить вызов порядку, случайно, или подсознательно желая оставить след в городском пейзаже. Жест как неумышленное граффити, жест как нечаянный вандализм. Концентрация жеста как негласное сообщество.

Сажа (Домодедово) : фрагмент длиной 1,5м из общей композиции более 47м длиной